Category: дети

Category was added automatically. Read all entries about "дети".

Танцевали под пластинку -

Танцевали под пластинку -
Отдышаться не могли.
Хочешь скушать апельсинку?
Убежать на край земли?
На луну вдвоём забраться?
Наплодить смешных детей?
Как же трудно отдышаться
После музыки твоей.

Подумай сам, какая невидаль

Подумай сам, какая невидаль,
Как это здорово, Малыш,
Когда, казалось, падать некуда,
Вдруг обнаружить, что летишь.

И то, что на лету потеряно,
Всего лишь только лишний вес,
Когда оглянешься растерянно
Среди невиданных небес.

Впасть в пушистые море и лето

Впасть в пушистые море и лето,
Где ещё не помянута смерть,
Потому что за час до рассвета
Мир ещё не успел затвердеть,
И Пандоры ларец запечатан.
И, умаявшись в денной возне,
Чуть сопит подростковое чадо,
Безоглядно летая во сне.

Табакерка детям не игрушка

Табакерка детям не игрушка,
Но дела у взрослых и долги.
Доживает курица-чернушка
Самые последние деньки.

Ты себя, Алёшенька, не мучай
Не сейчас и не на склоне лет.
Всё во сне смешается дремучем,
Чтоб на дне ручья заледенеть.

Или заводи свою пластинку,
Что, хотя и времени в обрез,
Но твоя искристая слезинка
Всё ж чего-то стоит для небес.

Моет золотом реки

Моет золотом реки
Жизнь рябую словно курочка.
Степью бродят Кончаки,
Колчаки по закоулочкам.
Поднимает веки чёрт,
Ромул грудь сосёт солёную,
Мысь по дереву течёт
И впадает в тьму зелёную.

Превращаются в свинец
Воды, сумраком влекомые.
Всяк несчастью сам кузнец
И ночное насекомое.
Но не замкнут этот круг,
Нашей глупостью беременный.
Выход ваш, товарищ Крюк,
Наш бессменный спец по времени.

Не жалея ни силы, ни голоса,

Не жалея ни силы, ни голоса,
Я хриплю в загустевшей тиши
То ли в кризисе крайнего возраста,
То ли в детской болезни души.

В куче плевел последнее зёрнышко
Отыскать бы на капище лет.
Лишь допью, допою вот до донышка,
Отогревшись огнём напослед.

Только злой лихоманки ли, яда ли
Нахлебавшись и вволю, и всласть,
Вместе с солнцем всё падаю, падаю,
И никак не могу я упасть.

Вдруг побелело всё от снега,

Вдруг побелело всё от снега,
И стали сумерки белы.
В глубокий снег осколки света
Углами острыми легли.

И час за часом хлопья с неба
Шуршат по крышам и дворам,
Где с малышами папы лепят
Своих нелепых снежных мам.

Застынут гордые мадонны
Сегодня ночью на дворе.
А мамы всех встречают дома
С едой горячей на столе.

Ведь знаешь, что там под коростою,

Ведь знаешь, что там под коростою,
Но снова тянется рука.
Из детства детского во взрослое
Не удирается пока.
Хоть брезжит седина усталая,
Но, даже опыт обретя,
Чуть что - и снова словно малое
Неумудрённое дитя.
Ему шальному много надо ли?
Отбросив каменный словарь,
Бежать, и наступать на грабли, и
Похныкав, снова мчаться вдаль.

Играли дети во дворе,

Играли дети во дворе,
На лавке бабушки курили.
Томилось солнце в голове
И облака вчерашней пыли.

И дождь потом, и силуэт
В окне размытый, мимолётный,
Пока не стёк последний свет
На луж дырявые полотна.

И отступил твой старый дом,
Где, как стихающая кода,
Ребёнок мокрый под грибком
И бабка пьяная у входа.

Ну, не надо уже, не плачь,

Ну, не надо уже, не плачь,
Запахни поплотнее плащ,
Чтоб на улице не простыть,
Охлаждая внезапный стыд.
Ливень, что налетит потом,
Не всемирный, но всё ж потоп.
Словно плачут где малыши,
А оглянешься  - ни души.